Поговорим о том, о сем...

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Поговорим о том, о сем... » О всяком разном ... » жизненные истории


жизненные истории

Сообщений 1 страница 18 из 18

1

Под лунным небом
Ларисе не спалось. Ее мучила бессонница с тех самых пор, как сын Артем привел в дом молодую жену: маленькую, худенькую, сероглазую, испуганную. Не такую жену хотела она для своего единственного сына. Не такую.

- Как тебя зовут? – спросила она, приглашая молодую пару в гостиную.
- Ее зовут Олеся, - поспешно ответил сын.
- Сколько же тебе лет? – поинтересовалась Лариса, подумав о том, не слишком ли юной оказалась невестка.
- Олесе двадцать четыре, мама. Она уже взрослая, ты не ошиблась.
- Да что ж ты ей слова не дашь сказать! Она же не немая в самом деле!
- А вот тут ты ошиблась: она немая. Вернее, глухонемая. И я очень тебя прошу, оставайся такой же внимательной и ласковой, какой я тебя знаю. Я люблю ее, мама…

Лариса так и застыла посреди комнаты: «Господи, за что? За что ты так посмеялся надо мной? И почему это произошло с моим мальчиком? Какая любовь?»
Она не находила себе места и внутренне плакала, охваченная противоположными чувствами – любовью и тоской, которых раньше никогда в себе не соединяла. Как жить? Для кого она растила своего Артемку? Неужели вот для этой немой пигалицы? Не спала ночами, терпела мужа (тот еще ходок налево), работала, как сумасшедшая, зарабатывая потом и кровью большую квартиру, машину, дачу. Для кого? Неужели вот для этого маленького испуганного глухаря? На языке у Ларисы вертелись обидные, колючие слова, но легче не становилось. Теперь она понимала, почему свекрови не любят невесток. Это же настоящие воровки! Невестки воруют сыновей и оставляют после себя пустоту.

Молодые закрывались в комнате, и оттуда не доносилось ни звука. «Немая любовь», - мозг закипал, и пар требовал выхода. Ей хотелось всю свою материнскую любовь и нежность полностью изъять из сына и поместить их в другого человека. И все потому, что любовь к сыну была похожа на падающую звезду: сначала украшала жизнь, а потом быстро погибла. Ненависть раздевала догола, и Лариса чувствовала себя, как в бане: стыдилась своей наготы, а прикрыться было нечем. Ей не о ком было заботиться, и она купила в киоске цветок в горшке, хотя не любила фиалки, не любила жарить котлеты и кутаться в тишину.

Невестка двигалась по квартире бесшумно, как маленький эльф, и казалась почти невидимой. Весь день она проводила в комнате, и Лариса, приходя вечером с работы, поражалась тому, когда это маленькое существо успевало приготовить маленькие пельмени, вареники, испечь торт, сделать какой-то совершенно изумительный салат, а потом убрать после себя так тщательно, что не оставалось и следа. И только аппетитные запахи висели в воздухе легким облаком, не успев покинуть помещение к приходу Ларисы. «Как и когда она это делает?» – недоумевала Лариса, которая не любила все, что связано с кухней. Сын с удовольствием уплетал вкусный ужин, торопясь в свое укрытие к молодой жене. Когда Лариса задавала ему какой-то вопрос, он тут же отвечал, сопровождая по привычке свою речь жестами.

- Прекрати это безобразие! Я пока еще не немая и не глухая! – кричала Лариса.
- Прости, мама. Это я по привычке.
«Когда он успел выучить это птичий язык? – недоумевала Лариса. Размахался тут руками! - И она опять замыкалась в себе.

В начале сентября – после ощутимого похолодания - пришло бабье лето. Печальной струной зазвенело уходящее лето. Потрясающе красивая пора! Вроде еще и лето, но уже осень раскинула свой великолепный ковер из разноцветных листьев и ярких лепестков осенних цветов, похожих на горящие драгоценные камни. «Может в отпуск съездить? Оставить эту «зону тишины и комфорта» и забыть обо всем? Так и сделаю», - и Лариса решила уехать в отпуск на Сардинию. А что? Бархатный сезон на Сардинии – самое то!

Ночью она почувствовала себя плохо: сильные боли внизу живота подняли ее с постели. И сын вызвал «скорую». Лариса подумала, что перед отпуском ей не хватало только воспаления аппендицита. Традиционно ее отправили на обследование: взяли все анализы, сделали УЗИ, измерили температуру. Оставалось одно – ждать результатов. А утром ее снова отправили на обследование, и Лариса почувствовала неладное. «Почему? Что не так?» – терялась она в догадках. И страшная новость не заставила себя долго ждать: рак. Этот диагноз Лариса восприняла как смертный приговор, как бомбу замедленного действия.

Приходил врач и долго рассказывал о Ларисиных клетках, у которых сломалась программа. Он очень увлекся, рассказывая о «неправильных», уже чужих для родного когда-то организма, клетках, которые делятся, растут, разрушая на своём пути соседние клетки, ткани, органы. Оказывается с онкологическими заболеваниями человечество знакомо с незапамятных времён. Рак обнаружен и среди ископаемых остатков растений и животных, живших задолго до появления человека на Земле, например у динозавров. Ларисе не было дела до того, как делятся клетки! Ей было неинтересно человечество, которое, как и она, страдало и умирало! Ей были неинтересны даже динозавры, погибающие от рака! Сейчас Лариса совершенно не слушала собеседника и думала о себе в форме монолога. Она была нелюбопытна к своим возможностям, потому что не умела преодолевать себя. Она никогда не делала того, чего ей не хотелось делать. «Это не приговор, - говорил врач. – Это руководство к действию! Вы меня понимаете? К действию! У вас рак в начальной стадии. Нужно карабкаться, стараться преодолеть боль и неверие. Вам нужно выжить, если это для вас что-то значит».
« Это для меня что-то значит. Надо пойти на недельку в отпуск, слетать на Сардинию, а там будет видно, - решила Лариса, - только так я смогу свернуть смерти фигуру из трех пальцев». И она улетела в свое самое безрадостное, возможно последнее, путешествие.

Самолет приземлился в аэропорту в Кальяри. Взяв машину напрокат, она поехала по направлению к Санта Марии Наваррезе. Несмотря на то, что это маленький городок, в нем есть большая пристань. Там много лодок и яхт, которые прибывают, чтобы посетить побережье – одно из самых красивых и чистых мест в Средиземноморье. В ожидании регистрации в отеле, Лариса прогулялась по городку, посетила костел в Санта Мария Наваррезе. По легенде принцесса Наварра спаслась от кораблекрушения и нашла прибежище в этом городке. В качестве благодарности она велела построить костел в Санта Мария, который был назван Наваррским. « Я тоже потерпела кораблекрушение, - подумала Лариса, - и ищу свое спасение». Она вернулась в отель и впервые в жизни попробовала знаменитое традиционное блюдо Ольястры – макароны из картофеля и сыра. «А невестка готовит лучше, - подумала вдруг Лариса. – Подумаешь, макароны! Если бы Олеська приготовила свои маленькие, почти прозрачные блинчики с творогом, число клиентов увеличилось бы в несколько раз».

А потом была незабываемая неделя путешествий и купаний в море. Она с удовольствием ела равиоли с ароматным соусом, жаркое из козы и поросенка, блюда из морепродуктов. Она была счастлива! «Разве может быть счастливым смертельно больной человек? – думала лениво Лариса. – Нет… Я не умру. Такие, как я, не умирают! Все это враки!»
Ночью она вошла в море и поплыла по лунной дорожке, вскидывая руки над водой, и ей казалось, что руки у нее золотые. Это были даже не руки, а плавники большой золотистой рыбы. И сама она была рыбой. Вода была холодная и имела свой запах и вкус. Женщина будто преодолела себя и заставила поднять свое тело высоко над землей, чтобы лучше видеть вокруг и то, что жило в ней самой. «Боже мой, останови это мгновение! Пусть оно продлится дольше, еще дольше, еще… Дай мне немного счастья на этой несчастливой земле!»

Она вспомнила сына, провожавшего ее в аэропорт, его больные глаза, исплаканное лицо. Вспомнила невестку и застывшее сострадание в серых блюдцах глаз, сгиб пальцев одной руки, поднятой до уровня груди и согнутой в локте, что означало «до свидания» и плавные движения двумя параллельными ладонями, смотрящими друг на друга слева направо, что следовало понимать как извинение. Прости меня, девочка… Ты оказалась мудрее старой дуры!

И что-то порвалось внутри. Она вспомнила, как ложкой на длинной ручке, которая называется кюреткой, когда-то выскоблили из нее маленькую жизнь. И она, Лариса, позволила это сделать! А ведь это была девочка! И у нее еще не было имени…

«Это Бог наказал и наградил меня одновременно, - подумала Лариса. – Вот поэтому появилась у меня глухонемая дочь, потому что той, первой, я не оставила ни единого шанса. Закон компенсации. Я выучу твой язык, моя девочка, и мы будем долго разговаривать в полной тишине. Если я выживу».

До операции оставалось несколько дней, а Ларисе казалось, что уродливое, смертельное существо внутри нее начинает захватывать новые территории в ее теле. Оно щипало ее своими клешнями, входило в нее подкожно, струилось внутривенно и бешено сопротивлялось. Невыносимыми и изнуряющими стали ночи. В полной темноте луна бросала на больничную кровать лунный мост, и женщине казалось, что она не одна. Луне тоже было нелегко: в ожесточенной схватке с грязными, серыми облаками она пыталась вырваться из мрака и засиять во всем своем величии холодной гордой красотой. Безмятежная непроницаемость ее облика, ее знамения, предвещающие печали и тоску, ее грозные предостережения, ее безмолвие, притягательность и блеск пугали и в то же время становились понятнее среди белых больничных стен и дарили Ларисе идеальное одиночество и покой.

В день, когда была назначена операция, ветер остервенело срывал с деревьев желтые и красные листья и уносил их куда-то далеко-далеко, предварительно закружив их в бешеном танце где-то вверху. В окна били тугие струи дождя, громко барабаня по подоконнику. Когда-нибудь потом Лариса не сможет вспомнить в мельчайших деталях этот день. Он растворится во времени и пространстве: уйдет в прошлое, будто его и не было. Как ни странно, но этот день и все последующие за ним дни прошли для нее незаметно и безболезненно. Операция под наркозом, а голова после наркоза пустая, как барабан: ни одной приличной мысли. Будь что будет!

Квартира встретила ее тишиной, показавшейся бесконечной. В такой тишине умолкает все, никто и ничто не двигается. Это будто затишье в надежде на что-то. Но она интуитивно жила наугад без всякой надежды на лучшее.
Несколько раз в день к ней бесшумно входил маленький сероглазый эльф, и на тумбочке появлялись душистый чай, крошечные пирожки, яблоки, виноград. Лариса следила за каждым движением невестки из-под опущенных век и однажды поймала ее прозрачную руку-крылышко, приглашая присесть на кровать.
- Посиди со мной, - прошептала она.

Неожиданно для себя, она положила голову на колени Олеси, и легкая, почти невесомая рука, погладила ее, успокаивая и оберегая. Будто и не было этой долгой разлуки и непонимания.

- Поплачь обо мне, девочка… Научи меня твоему терпению и смирению. Включи меня в розетку, чтобы по венам опять побежал ток. Ты же видишь, я обесточена: от меня ни тепла, ни света. Я всегда была седой. Всегда. Просто этого никто не замечал, и я окоченела…

И Лариса почувствовала, как залетали, затрепетали над ней нежные руки. Еще немного и станет понятно, зачем она живет, мучается, страдает, сомневается и плачет. Любовь летела к ней на кончиках пальцев, струилась через окна, обволакивала и успокаивала. Хотелось вобрать ее всю в себя, вдыхать и задохнуться, пить и захлебнуться от счастья. Жизнь наполнялась смыслом.

Теперь она знала: любовь – это прикосновение тремя пальцами руки к краю губ и отвод руки в сторону. Как, оказывается, все просто…

+8

2

Реву.....

0

3

http://images.vfl.ru/ii/1506075649/6dab6767/18693413_m.jpg

Тяжёлые были роды, ребёночек пострадал.
Черепно-мозговая травма, десять минут не дышал.
Вердикт врачей-«безнадёжен», человеком ему не стать.
Выбор у Вас сложный, но лучше не «забирать».
Муж написал «отказную», глазом своим не моргнув.
Будто бы в магазине товар ненужный вернул.
Я была не согласна с позицией дикой такой.
Пришлось забирать с род. дома ребёночка мне одной.
Он был совсем бессильный, тихонечко так лежал,
Ни ручкой, ни ножкой не двигал, хоть бы разок закричал.
Не плакал когда кормила, когда пеленала молчал,
Он жил в отрешённом мире, куда никого не пускал.
Было не просто трудно, впроголодь как-то жила.
Решила вернуть я мужа, к нему на поклон пошла.
Приползла к нему на карачках: «Любимый, прошу не бросай.
Не справиться мне в одиночку, нам руку свою подай»
Не дал ни руки, ни хлеба. Как будто отрезал ножом:
«Не нужен мне сын-калека, сдавай его в детский дом!»
Земля расползлась под ногами, колокол бил в голове.
«За что так жестоко с нами?»-вопрос задавала себе.
Ответ повис где-то рядом «Не нужны, не нужны, не нужны...»
Брела я с потухшим взглядом. «Как жить нам теперь, скажи?»
Решение пришло в одночасье, мутные воды реки
Захлестнули мой мозг как ненастье, рушевшее мосты
Мосты между мной и жизнью, где не жилец мой малыш.
Ангелом почти унесённый в мир, где любовь и тишь.
Сначала завыла собака, в доме почуяв беду.
Записку я написала, твёрдо решила «Уйду»,
И вдруг, как гром среди неба, отодвинув смерти оскал,
Малыш повернул головку и тоненько так запищал.
И в этом надрывном писке точно услышала я:
«Мамочка, родная, ты не бросай меня...»
Как прошла ночь-не помню, но утром взглянув на себя
Увидела прядь седую, спустившуюся со лба.
Жизнь повернулась круто, печать в ней-седая прядь,
Теперь я точно знаю, седеют и в двадцать пять.
Лечила я сына упорно, на врачебный вердикт наплевав.
Работы было по-горло, но свет впереди замерцал.
Мы выиграли эту битву, длиною в двадцать лет
Теперь могу быть спокойна, мой сын герой и атлет.
И если судьба-злодейка Вас скрутит в бараний рог,
Никогда не теряйте надежду!
И пусть с Вами будет Бог.
http://images.vfl.ru/ii/1506075724/94f0f374/18693431_m.jpg

+4

4

матрена написал(а):

Теперь она знала: любовь – это прикосновение тремя пальцами руки к краю губ и отвод руки в сторону. Как, оказывается, все просто…

http://sh.uploads.ru/Zrhqb.gif

0

5

http://images.vfl.ru/ii/1506497007/d97b8a13/18761902_m.jpg

0

6

К ней всюду относились с уваженьем:
И труженик и добрая жена.
А жизнь вдруг обошлась без сожаленья:
Был рядом муж - и вот она одна...

Бежали будни ровной чередою.
И те ж друзья и уваженье то ж,
Но что-то вдруг возникло и такое,
Чего порой не сразу разберешь:

Приятели, сердцами молодые,
К ней заходя по дружбе иногда,
Уже шутили так, как в дни былые
При муже не решались никогда.

И, говоря, что жизнь почти ничто,
Коль будет сердце лаской не согрето,
Порою намекали ей на то,
Порою намекали ей на это...

А то при встрече предрекут ей скуку
И даже раздражатся сгоряча,
Коль чью-то слишком ласковую руку
Она стряхнет с колена иль с плеча.

Не верили: ломается, играет,
Скажи, какую сберегает честь!
Одно из двух: иль цену набивает,
Или давно уж кто-нибудь да есть.

И было непонятно никому,
Что и одна, она верна ему!

Эдуард Асадов

http://images.vfl.ru/ii/1506507336/0fd10808/18764314_m.jpg

+3

7

Он обувь в коридоре тихо снял.
Прошёл на кухню, загремел посудой.
Доев остывший ужин, напевал:
"Где жизнь, а где игра - не перепутай!"
У двери спальни тихо кашлянул:
"Ты спишь?"...в ответ ни звука, улыбнулся.
Разделся.. в душ пошёл...качнулся стул.
И мир в который раз перевернулся.
Тихонько рот закрыв себе рукой,
От дикой боли чуть не закричала.
"Он снова изменял мне с девкой той!
Духов знакомый запах! Всё сначала!"
Она пыталась просто посчитать,
Как часто возвращался обещая:
Что осознал! Что все готов отдать!
"Мне только ты нужна, моя родная!"
И выгоняла много....много раз.
А он...Он уходил и возвращался.
Он подкупал безмерной грустью глаз,
и силой рук, как только прикасался.
Он лёг накинув быстро одеяло.
Через минуту погрузился в сон.
"О, боже! Как же это всё достало!
С ним жить - вот что игра, как и сам Он."

Собрав все его вещи у порога.
И приготовив завтрак по привычке.
Пошла будить: "Ждёт дальняя дорога!
Смотри, держу в руке зажав две спички.
Ты вытяни одну мне на удачу.
Сыграй. Сумей. И боль мою укутай.
Не издеваюсь! Не смеюсь! Не плачу!
"Где жизнь, а где игра - не перепутай!"
Он посмотрел и понял, что нет смысла.
Любая спичка - это не игра.
"Я ночью пел?.. дурацкая привычка.
А ты...так понимаю: не спала!"

Он уходил...уже у самой двери
взглянул в её уставшие глаза.
"Ни через день! Ни через две недели!
Сюда не возвращайся никогда!"
_______________________________________
Когда душа разорвана на части,
Её не склеить - в этом вся беда.
Мы женщины хотим простого счастья.
А счастье - это жизнь, а не игра!
http://images.vfl.ru/ii/1508437782/b0e8acff/19066613_m.jpg

+2

8

матрена написал(а):

Теперь она знала: любовь – это прикосновение тремя пальцами руки к краю губ и отвод руки в сторону. Как, оказывается, все просто…

Это...   Спасибо!!!

0

9

http://images.vfl.ru/ii/1508930626/302efd31/19141097_m.jpg

+2

10

Из дома престарелых вам привет
Куда вы с легкостью меня определили
Тоска по дому, просто мочи нет.
Как будто заживо меня похоронили.

Ведь древо старое нельзя пересадить
Не пустит корни новые опять.
Вот так и мне безрадостно здесь жить
Поймите же свою больную мать.

Как быстро я состариться успела
И бременем не нужным стала вам.
Я б так охотно за детьми смотрела
Укладывала б спать по вечерам.

Вы были маленькими, часто не хватало
Не досыпала лишь бы пропитать.
И в мыслях никогда не допускала
Вас сдать в приют, как вы отдали мать.

Неужто я за жизнь не заслужила
Чтоб умереть у вас, моих детей?
И разве б это так уж трудно было
Немного присмотреть за матерью своей?

Я не хочу ничем вам день мрачить.
Да, я стара и всем ненужной стала.
Но как мне хочется сегодня с вами быть
О большем я бы даже не мечтала.

Увы, мечта моя останется мечтою
Мне очень больно это сознавать.
Лишь одиночество мое всегда со мною.
Но приезжайте хоть сюда проведать мать!

Здесь обращение хорошее, поверьте.
Но дом родной ничем не заменить.
Неужто мне здесь жить до самой смерти?
Мне так и хочется у вас спросить.

Всю жизнь жила заботами о вас
Чтоб правильную выбрали дорогу.
А вам совсем не до меня сейчас
Хотя прошу-то ведь совсем немного.

Сижу и думаю о вас часами
И только одного мне не понять:
Ну почему сегодня я не с вами
Зачем сюда отправили вы мать?

Не знаю, может это и жестоко
Но я хочу спросить вас без прекрас:
Бывало ль вам вот также одиноко
И неужели сердца нет у вас?

Состаритесь и вы когда-то тоже.
Я не желаю вам такое же пройти.
Пусть Бог благословит вас и поможет
Покой и счастье вам в семье своей найти.

Уже недолго мне осталось ждать
И скоро Бог Сам явится за мной.
В дом престарелых вы отдали мать.
Он навсегда возьмет меня домой!
http://images.vfl.ru/ii/1509049485/23371be7/19160709_m.jpg

+3

11

http://images.vfl.ru/ii/1509364291/bed86e4f/19203485_m.jpg
памятник не рожденным детям

+1

12

http://images.vfl.ru/ii/1509364494/f22aa814/19203527_m.jpg

+2

13

В деревне старушка осталась вдовой,
И не с кем теперь поделиться бедой,
А дети разъехались все по домам,
Сказав между прочим "Поехали к нам

Ты домик продай и хозяйство свое,
У нас будешь жить, мы имеем жилье,
Тебе создадим мы хороший уют,
Не нужен тебе казенный приют"

Послушала мама и все продала,
А деньги подальше она убрала:
"Я их испытаю,подумала мать,
Пока что про деньги я буду молчать"

Решила с отдачей их не спешить:
"Как мать я смогу и без денег прожить?
И если без денег я детям нужна,
То можно и после отдать. Не беда.

И мало ли что ждет меня впереди?
Вот только не знаю к кому жить идти-
И дочь хороша, хороши сыновья,
Была у нас дружная прежде семья.

Со временем все измениться могли,
Возможно Любовь позабыли они?
Как нежно ласкала, ночей не спала,
Но я ж от них денег тогда не ждала"

Приехала к Мише, он принял ее,
Про деньги пока не спросил ничего,
Но чуть пожила и стал Миша другой,
Его не узнать,стал совсем как чужой.

"Сыночек,скажи, что случилось с тобой,
Поведай как в детстве, не скрой дорогой?
Ну что пристаешь? Ведь работа ,дела,
Пошла б ты к Марии и там пожила,

Мише я не нужна, уж ясно теперь,
Коль хочет закрыть за мною он дверь,
А как еще доченька примет меня?
Ведь очень ласковой в детстве была"

Мария не приняла тоже ее:
"К Ивану иди и живи у него"
"Знать деньги нужны, а мать не нужна!"
И мать со слезами к Ивану пошла.

Приходит к Ивану, он хмурый сидит,
На мать из подлобья с досадой глядит
Терзаясь в душе, и сам видно не "свой",
Как взят из детдома, как сын не родной.

"Ты деньги давай! Я машину куплю!
Возможно относишь их в церковь свою?
Не в гости приехала,здесь будешь жить,
Обязана нам за квартиру платить.

Детей ты обязана наших глядеть.
Не думай от этого что-то иметь.
Прошли времена-ты хозяйкой была.
Теперь нам во всем подчиняться должна.

И рот свой смотри закрывай на замок,
И выучи это, как на дом урок.
Потом я программу составлю тебе,
Для памяти будешь носить при себе.

Что можно сказать, а где промолчать,
Как снег ты свалилась на голову, мать!
Соседям с улыбочкой молча кивай.
Им благодушный вид создавай.

Нас здесь уважают, ты это пойми
И авторитет нам не подорви.
Ты ж не современная стыдно нам,мать!
Ну ладно... про деньги давай толковать".

"А что ж не спросил, есть они у меня?"
"Куда ты их дела? Ты ж все продала?
Пойми, мать,- без денег ты нам не нужна"
И мать на вокзал со слезами пошла.

Сидит на вокзале и плачет,грустит,
Напротив полковник с женою сидит.
И с болью сердечной глядит на нее,
Застенчиво все же спросил у нее.

"Мамаша, скажи, поделись ты со мной,
О чем обливаешься горькой слезой?
Кто мог так обидеть согбенную мать?
"(Что деньги имеет решила молчать)

"Да с детками здесь я немного жила,
Сказали:"Без денег ты нам не нужна"
Я думаю разве здесь дело в деньгах?
Жестокости стало уж много в сердцах"

Полковник жену свою подозвал.
И в кратких словах ей все рассказал.
И с нежностью он обратился к жене:
"Может возьмем мы старушку к себе?"

Недавно я маму свою схоронил,
Безмерно и нежно ее я любил,
Померкло вокруг, мир весь стал не такой,
Пойдем будешь нам, вместо мамы родной"

"Пойду я согласна с желаньем твоим.
Но прежде пойдем с вами к детям моим,
Не буду корить их, не стану рыдать,
Имею я нечто им только сказать".

Пришли и собрали детей всех к столу,
Сказала им мать: "Я от вас ухожу.
Для этих людей теперь буду я мать,
вот им и хочу свои деньги отдать.!"

О-о-о-о- с восклицанием вырвался вздох
И жадно смотрели на тот узелок.
И ссориться стали виновных искать,
По чьей же вине покидает их мать?

Но тот человек прервал этот "бой"
"Вы можете их разделить меж собой.
Вам деньги нужны, а мне нужна мать!
Не будет она у меня горевать".

Ушла мать с людьми от детей навсегда.
И Богу молилась о детях всегда.
Там с ней обращались, как с мамой своей
Создали без денег условия ей.

А дети терзаются грешной душой,
Теперь их навеки покинул покой.
Не рады деньгам и не мил белый свет
И деньги "прошли", и матери нет..

СЕГОДНЯ ЧИТАЮ ЭТОТ СТИХ ДЛЯ ДЕТЕЙ,
КТО НЫНЕ ИМЕЮТ ЖИВЫХ МАТЕРЕЙ
ПУСТЬ БОГ ДЛЯ ОЧЕЙ ИМ ПОДАРИТ ПРОЗРЕНЬЕ,
ЧТОБ ЖАТЬ НЕ ПРИШЛОСЬ СВОЙ ПОСЕВ С СОЖАЛЕНЬЕМ.

И пусть удалит Бог от них своеволье,
Иначе их ждет такая же доля.
Пусть стих этот будет всем в добрый урок,
Ведь больно для матери слышать упрек.

А если учесть сколь ночей не спала-
Она для детей уже все отдала!

Юрий Бишаров
http://images.vfl.ru/ii/1509989949/37bb227d/19309916_m.jpg

+2

14

Ну прямо-таки про мою тетушку. Вот только сынок и внучок у нее единственные.

0

15

Я больше не твой мальчик мама

Мне почти 40 лет, мама,  и я больше не твой.
Я больше не твой мальчик, мама.
Мне очень дороги наши с тобой отношения, но мне больше нечем за них платить.

До 10 лет я болел до изнеможения астмой, лишь бы ты чувствовала себя нужной и значимой. Я действительно не мог без тебя и задыхался каждый раз, когда мне было тревожно или страшно, а тебя рядом не было. Но и когда ты была рядом, что-то такое я чувствовал, что тоже не мог дышать.

В 10, когда ушёл отец, я вдруг резко понял, что я единственный мужчина в семье и мне нужно быть сильным. Нельзя больше плакать. Нельзя бояться. Нельзя тебя тревожить, нельзя тебя злить. Нужно о тебе заботиться. Что-то в этом было неправильное, противное, отвратительное. Но я тогда не знал как по-другому.  Мои приступы вначале участились, мне каждый раз казалось, что я умру, и возможно я действительно хотел умереть. Но я жил. Жил я странно. В маленьком десятилетнем теле мальчика жил какой-то резко состарившийся угрюмый тревожный мужчина, который ежедневно пытался выбраться из дикого, непосильного напряжения.

Я тогда не понимал, что я неосознанно поставил себе сложную и безумную задачу. Я тогда решил, что раз нет отца, мне нужно сделать тебя счастливой. Мне казалось, что это очень мужское дело - не знаю, откуда я это взял - делать женщину счастливой.

Только спустя 30 лет, будучи в терапии, я узнал, что это не просто не мужская задача. Это вообще не задача.  Счастье - это выбор, это процесс, это путь. Выбор, процесс, путь самого человека и никто не должен это организовывать другому.

Но мне было 10. Рядом никого не было, кроме тебя, мама, и мне было очень страшно и я был очень растерян. Я даже, знаешь, толком не позволил себе почувствовать, что отца не стало. Привычного, моего, родного. Большого, бородатого, в старой потёртой байковой домашней рубашке с закатанными рукавами. Я даже не позволил себе разозлиться, разгневаться, обидеться на него. Хотя вопрос камнем так и повис внутри меня - «За что ты так со мной, папа?» Много вопросов остановилось внутри меня и окаменело. Некому было их задавать. Ты, я был уверен, рассердилась бы на меня, если б я начал про отца говорить.
И я тогда договорился сам с собой, что отца нет. Мне нужно учиться жить без него. Наверное, там было очень больно. Но я не позволял себе это чувствовать. Я отрезал ту часть себя, которая выла, кричала, раздирала мою маленькую детскую душу от боли.
Потом астма отступила. Я резко стал таким большим, а ты почему-то такой маленькой и беспомощной, что я вдруг начал чувствовать что ты меня не спасёшь, а для себя болеть стало…как-то бессмысленно…Спасать нужно было тебя. Я не очень понимал от чего, но я начал спасать.

Я вглядывался в каждый твой взгляд, я вслушивался в каждый твой вздох, я пытался угадать твои желания, твои мысли. Я так уставал тогда и никак не мог понять от чего. Только сейчас, разбирая тот кусок своей жизни я увидел, прочувствовал, где тонула моя энергия.

Потом были мои 15, и 16, и 17. Я знал, что ты хочешь, чтобы я был врачом. Как твой отец. Мне тогда было невдомёк, что ты пытаешься вернуть его в свою жизнь через меня. Связываешь меня невидимыми цепями с дедом. Чтобы я стал для тебя тем, кем на самом деле дед никогда не был для тебя - надёжным не опасным мужчиной, который никогда тебя не бросит и не предаст. Который разберётся с другими мужчинами в твоей жизни, защитит тебя от них, в том числе и от моего отца. 

Ох мама, если б я тогда мог понять и знать, что тебе нужно и что это не ко мне всё… что всё это другим людям, другим мужчинам из твоей жизни, я бы не боялся так твоей злости, твоей ярости, не рвал бы себя на части, видя твоё недовольство, твою неудовлетворённость, видя тебя несчастливой.
Я бы не был так привязан к тебе тысячей невидимых нитей, не так скован, не так потерян в своей собственной ещё тогда юной, а скоро и взрослой жизни.

Я стал врачом. Хирургом. Я пытался работать по специальности. Начал делать первые сложные операции. Проходил стажировки у многих известных врачей и они говорили мне, что я перспективен, но в глубине души я чувствовал, что это не моё… Я любил… а ты ведь не знаешь мама, что я любил. Я любил камни…Разноцветные, большие и маленькие, полудрагоценные и очень дорогие. И в детстве я мечтал стать ювелиром… Я отчётливо помню, когда меня в очередной раз привезли в больницу, в приёмном покое сидела очень красивая женщина-врач и первое, что я увидел - кольцо с большим камнем на её руке. Этот камень (это был аметист) так увлёк меня, что я даже перестал задыхаться. И я тогда решил, что я буду работать с камнями - буду делать украшения с камнями. Эта мечта каждый раз разбивалась вдребезги об твои слова, что мне нужно быть врачом. Ты из года в год, почти ежедневно говорила, что мне нужно - именно, НУЖНО быть врачом.
И я предал ради тебя, мама, ради твоего счастья ( я так хотел в это верить) ту свою мечту.

Потом были женщины. С ними всё было непросто. Я не понимал тогда, что с каждой из них мне было так неловко, но не перед ними, перед тобой. Я внутри себя чувствовал такое противное чувство и оно почему-то было тебе адресовано. Мне казалось, что что-то в моих отношениях с женщинами было неправильно… Я долго не мог понять, что… В какой-то момент я ясно почувствовал, что… мне стыдно. Мне ужасно стыдно перед тобой. Кук будто я каждый раз предаю тебя. Но почему именно это?… Я ведь не твой мужчина, мама. Или…? Мне мерзко и противно от таких мыслей, но они сами приходят. Я ничего не могу с этим поделать. 

Помнишь, как потом я начал толстеть. Мне было под 30. Я жутко переживал про это, даже больше, чем про то, что больше года у меня не было никаких отношений с женщинами, а после череды неудачных операций я начал подумывать про преподавание и про то, чтобы уйти из хирургической практики. Только сейчас я понимаю, что все эти события связаны, что это был кризис. И что я тогда пытался от тебя отстроиться через всё это - заваливал работу, пытался жить один.

Но при этом мне было так страшно, так ужасно, до смерти страшно, что я не справлюсь, что я что-то не то делаю, что я от чего-то отхожу….Я пытался выжить. Я ел. Я бесконечно, бездумно ел. Увеличивался. Стыдился. Сам себе был отвратительным. Но никак не мог собой управлять. Я на самом деле давно потерял или так и не имел никогда ключей от себя и от своей жизни, но была какая-то иллюзия, что я куда-то иду и что-то делаю, надеясь, что это и есть правильно, а в тот момент плотину окончательно снесло. Я потерял всяческие ориентиры. Плюс ко всему вернулась астма.

А я вернулся к тебе…

Мне казалось я выдохнул, попал под твоё крыло, стал немного спокойней. А тем временем моя и так разлаженная личная жизнь стала не просто одинокой и грустной, она ещё и перестала быть моей личной. Ты была везде. А меня почти не было.



Я окончательно ушёл с работы, у меня были какие-то сбережения и я пытался жить за то, что играл в онлайн-казино. Катался на качелях азарта и полной отмороженности по отношению к собственной жизни. Сейчас понимаю, что тонул в этой зависимости, пытаясь не соприкасаться с массой тягостных, болезненных  чувств, в которых тоже можно было бы утонуть.

Потом… потом умер отец.
Он умер… а со мной что-то начало происходить.
Сейчас понимаю, что он сделал мне своей смертью бесценный подарок.
Я словно очнулся. Я почувствовал как внутри меня дрогнул сначала маленький камушек.
Я осмотрелся вокруг, и снова что-то дрогнуло внутри.
Какой-то большой камень начал шевелиться так сильно, что я больше не мог не чувствовать.
Отец своей смертью что-то такое мне сказал важное, жизненно важное.
Что-то очень мужское, цепкое, летящее, словно стрела, в самое сердце, в самую душу.
Он, похоже, сказал, мне «Живи, сынок. Умереть ещё успеешь».

Я вдруг начал видеть как ты состарилась, мама. Я вдруг начал чувствовать, что  я тоже состарился, и мне стало до отвращения страшно.
Стало так явно видно, что я не могу так больше. Я потерял всё, что мог. Себя, свои силы, свои мечты, свои желания, свой путь, свою любовь. Я отдал тебе всё, что мог, даже больше. Все долги, не свои тоже.
Я чуть не умер, так и не пожив, мама.
Но я больше не хочу умирать с тобой, мама.
Я больше не могу игнорировать свои импульсы жизни. Я больше не могу сопровождать твоё умирание, мама.

Мне почти 40 лет и я больше не твой.
Я взрослый мужчина со своей судьбой.
Я больше не твой мальчик, мама….

Алена Швец

http://images.vfl.ru/ii/1511214987/47e08d58/19504624_m.jpg

+1

16

А мой муж в 50 "ушел" к 80-летней маме, выставив меня на улицу, потому что 20 лет жили в его квартире...

0

17

Мои дорогие дети!

Завтра вы приедете ко мне в гости, потому что у меня юбилей. Вы увидите, что я старею. Пожалуйста, будьте терпеливы и попытайтесь понять, через какой этап жизни я сейчас прохожу…

Если я или папа будем вам рассказывать то, что уже рассказывали год назад, если мы будем повторять одни и те же истории снова и снова, не прерывайте нас, чтобы раздраженно заметить: “Ты это уже рассказывала. Пару минут назад”… Просто послушайте. Пожалуйста. Постарайтесь вспомнить те времена, когда вы были маленькими, и я читала вам одну и ту же сказку снова и снова, пока вы не засыпали.

Когда я говорю, что не хочу сейчас принимать ванну, не сердитесь и не смущайте меня. Лучше вспомните, как вечерами после тяжелой работы мы уговаривали принять душ вас, когда вы были детьми. Вы ведь не очень любили его, верно?

Когда вы видите, насколько я невежественна в том, что касается новых технологий, просто дайте мне время научиться. И не смотрите на меня так!..Помните, как я терпеливо учила вас делать что-то новое надлежащим образом? Как учила вас одеваться, расчесывать волосы, решать каждый день сложные жизненные вопросы… Приходят дни, когда вы все острее и острее будете замечать, что я старею. Прошу вас, будьте терпеливы. И попробуйте понять, через что я прохожу, пытаясь разобраться в ваших гаджетах и скайпах…

Если я иногда теряю мысль или нить разговора, дайте мне время вспомнить, о чем идет речь. Не нервничайте. Не проявляйте нетерпение и высокомерие. Просто знайте: самое главное для меня — быть рядом с вами. Вы всегда будете занимать главное место в моем сердце…

Когда мои старые, уставшие ноги не позволяют мне ходить так же быстро, как ходите вы, просто подайте мне руку и подстройте свой шаг под мой. Я точно так же подавала вам руку, когда вы только учились ходить… И в эти дни мне не было грустно!Просто побудьте немного со мной. Попытайтесь понять меня. Дайте мне возможность дожить до конца свою жизнь с любовью и трепетом. Я берегу время, проведенное с вами и воспринимаю его как дар.

С большой улыбкой и огромной любовью я заканчиваю это письмо. Просто хочу напомнить: “Я вас люблю”, мои сладкие дети!

http://images.vfl.ru/ii/1512569148/0a8b8f9a/19708783_m.jpg
http://images.vfl.ru/ii/1512569221/422ce3cb/19708799_m.jpg

+1

18

http://images.vfl.ru/ii/1512569334/5178bb47/19708840_m.jpg

+1


Вы здесь » Поговорим о том, о сем... » О всяком разном ... » жизненные истории